Институты правят экономикой

Фрагменты книги А.И. Лученка Институты правят экономикой / А.И. Лученок; Нац. акад. наук Беларуси, Ин-т экономики. – Минск : Беларуская навука, 2018. – 279 с.

"Всплеснул народ руками, увидевши, какие у них политики стали сытые, белые да веселые! Напились политики кофею, наелись сдобных булок. Поехали они в казначейство, и сколько там денег загребли – того ни в сказке сказать, ни пером описать! Однако и об экономисте не забыли: выслали ему рюмку водки да пятак серебра – веселись, эксперт!"

Дж. У. Мэйнстринг

О чем эта книга



Трудных наук нет, есть только трудные изложения.

Александр Герцен.


Институты правят экономикой по одной простой причине – в соответствии с новой институциональной теорией они представляют собой правила и нормы, регулирующие деятельность общества и экономики.


В основу регулирования экономических институтов по мнению автора должно быть положено согласование интересов отдельных людей и социальных макрогрупп с интересами государства. Только при балансе интересов экономика может быть эффективной.


Баланс интересов обеспечивает правильная институциональная политика, которая разрешает возникающие конфликты на основе взаимных уступок при приоритете в наших условиях интересов государства.


Но бывают случаи, когда в экономику внедряются несвойственные ей нормы и правила, что ведет к институциональным ловушкам и серьезным кризисным явлениям. Поэтому необходимо разрабатывать и проводить национальную институциональную политику, соответствующую сложившейся институциональной матрице, а не прогибаться под интересы иностранных государств.


Институциональная политика проводится с помощью специальных инструментов в экономической, социальной, политической, культурной и идеологической сфере. Особо важную роль играют базовые, конъюнктурные, идеологические и мониторинговые институты.


Институциональные инструменты следует применять во всех сферах государственного регулирования, в том числе при денежно-кредитных, бюджетно-налоговых отношениях, при внешнеэкономической интеграционной деятельности. Особо важно обеспечить правильное согласование интересов государства и предпринимателей, желающих работать в рыночных условиях и активно возражающих против административного вмешательства в их деятельность. Здесь без институционального подхода никак нельзя обойтись.


И здесь нужна помощь экономиста-институционалиста.


«Как нет экономиста – экономисты везде есть, стоит только поискать! Наверное, он где-нибудь спрятался, от работы отлынивает! Мысль эта до того ободрила обоих политиков, что они вскочили как встрепанные и пустились отыскивать экономиста. … Спишь, лежебок! – накинулись они на него, – небось и ухом не ведешь, что тут два политика вторые сутки с голода умирают! Сейчас марш работать! Встал экономист: видит, что политики строгие. Хотел было дать от них стрекача, но они так и закоченели, вцепившись в него".

Дж. У. Мэйнстринг Повесть о том, как один экономист двух политиков прокормил.


Поскольку работа предназначена в первую очередь для специалистов разного уровня, мы постарались изложить содержание книги не занаученным, а понятным языком. В ряде случаев мы рассматривали тот или иной вопрос на углубленном или юмористическом уровне. Такая информация дана более мелким шрифтом, подобным образом подаются афоризмы и примеры. Их можно не читать – на общем понимании книги это не отразится.


Автор не настаивает на том, что его книга является единственно верной, но надеется, что она будет полезна и интересна читателю, позволит ему сформировать собственное мнение о путях совершенствования государственного регулирования экономики.


ГЛАВА 1. ПОЧЕМУ В ПОСТСОВЕТСКИХ СТРАНАХ ВОЗНИКЛА ПОТРЕБНОСТЬ В НЕОИНСТИТУЦИОНАЛИЗМЕ

Если джентльмен не может выиграть по правилам, то джентльмен меняет правила.

(приписывается англичанам)

После распада Советского Союза перед новообразованными странами стала задача разработки стратегии своего экономического развития. Ситуация осложнялась тем, что такую работу приходилось проводить при активном вмешательстве стран, ранее дестабилизировавших СССР экономическими, политическими и идеологическими методами. Западные страны-победители настаивали на создании в постсоветских республиках «свободной рыночной экономики» с массовой приватизацией государственной собственности и введением рыночных цен. Неизбежное снижение уровня жизни населения их не волновало.

Зарубежными консультантами предлагалось сформировать систему макроэкономического регулирования с ограниченной ролью государства, которое должно было лишь содействовать развитию рыночных отношений и компенсировать «провалы рынка». В учебные программы высших учебных заведений включались либеральные экономические теории, обосновывающие политику минимального вмешательства государства в экономику, раздачи государственной собственности частникам и решения стоящих перед страной социально-экономических проблем в основном за счет домашних хозяйств. Только при проведении такой политики постсоветские страны получали иностранную помощь, которая на практике оказывалась малоэффективной и не обеспечивающей социальную защиту граждан.

В результате Россия и Беларусь пошли разными путями.

Россия в 90-х годах сначала согласилась на либерально-монетаристские реформы. Однако попытка внедрения рыночной конкуренции в жестко монополизированной стране, где не было конкуренции даже между продовольственными магазинами, аптеками, парикмахерскими, столовыми и ресторанами (их строили по одному объекту на микрорайон) привело к скачкообразному росту цен, потере покупательной способности ранее сделанных сбережений и резкому снижению уровня жизни населения. В реальном секторе проводилось уничтожение государственной промышленности на основе массовой приватизации и ее скупки внезапно разбогатевшими лицами, которые затем стали олигархами. В обществе резко усилилась социальная дифференциация.

В 1995 г. известный либерал монетаристского толка Е.Т. Гайдар заявил, что экономика растет везде, где к власти пришли жесткие монетаристы, не желавшие поддерживать производство. И она падает везде, где у власти остались те, кто больше всего говорит о поддержке производства, о льготных условиях для предприятий. В пример он привел успешно развивающуюся Албанию и кризисную Беларусь, которая «в полной мере развалила свою экономику» [[i], с. 4-5]. Между тем, именно с этого года начался успешный рост белорусской экономики, который превзошел успехи либеральных монетаристов в Российской Федерации. Хотя Беларусь относительно бедна полезными ископаемыми, взвешенная экономическая политика позволила нашей стране уже с 1996 г. выйти на положительные темпы роста ВВП и поддерживать их достаточно долго на более высоком уровне, чем Россия.


Классики неоинституционализма как лоббисты западной модели

Это страна уже давно приравняла демократию к капитализму, а капитализм – к Богу.

Из кинофильма «Великолепная семерка».

Тот, кто платит, тот и заказывает музыку. Классики неоинституционализма проводили свои исследования в процветающих англосаксонских странах, что неизбежно отражалось на их понимании мироустройства, которое совпадало с идеологией особой избранности западной институциональной модели. Поэтому они придумали две идеальные модели государства: «контрактное» и «эксплуататорское».

Представьте, что на американском Диком западе середины 19 века два городка постоянно грабят бандиты. Жители одного из них договорились и наняли себе защитников, с которыми заключили соответствующий договор. Так возникло контрактное государство. А жители другого городка защититься не успели, их захватили бандиты и стали систематически эксплуатировать. Так возникло эксплуататорское государство.

В «контрактном государстве» монополия на насилие используется только в рамках полномочий, делегированных ему гражданами, и в их интересах. При этом целью такого государства является достижение оптимального распределения полномочий между государством и экономическими субъектами, которое позволит максимизировать совокупный доход общества. Характерной чертой «контрактного государства» является существование альтернативных механизмов распределения прав собственности, т.е. государство ориентируется на достижение такого оптимального распределения полномочий, которое может быть достигнуто на рынке при нулевых трансакционных издержках.

Основные идеи контрактного государства изложены Дж. Умбеком в истории «золотой лихорадки» в Калифорнии, где после присоединения к США военный губернатор отменил спорные мексиканские законы, но новых не ввел. В результате почти на два десятилетия на всей золотоносной территории этого южного штата безвластие. Люди были вынуждены самоорганизоввываться в дистрикты, которые защищали права собственности своих жителей на золотоносные участки. Каждый дистрикт представлял собой своеобразное, созданное на договорной основе мини-государство, обеспечивающее защиту от внешних угроз и от раздоров внутри дистрикта. За такую защиту золотоискатели платили налоги.

В контрактном государстве каждый гражданин делегирует государству часть функций по спецификации и защите исключительных правомочий, а государство использует монополию на насилие в рамках делегированных ему правомочий.

При контрактной системе административные рычаги используются в основном для преодоления возникающих тенденций к «провалу рынка».

В классическом учебнике по макроэкономике П.Самуэльсона выделяются три основные функции государства в условиях сформировавшихся рыночных отношений: (а) корректировка ошибок рынка; (б) справедливое использование налогов для перераспределения доходов между определенными группами; (в) стимулирование макроэкономического роста и стабильности, сокращение безработицы и инф­ляции при одновременном стимулировании экономического роста.

В большинстве случаев перед государством в западной институциональной матрице не стоит задача непосредственного производства и распределения продукции и услуг. Поэтому в невоенных условиях оно не стремится административно распоряжаться находящимися в частной собственности ресурсами и капиталом, а регулирование экономических процессов осуществляет в зависимости от поставленных перед обществом целей преимущественно с помощью косвенных методов воздействия путем координации частных и общественных интересов.

В современных условиях ведущие государства мира контрактного типа, обладающие мощным экономическим потенциалам, разрабатывают и решают амбициозные социальные и политические задачи.

Принятая и реализованная в США программа «Аполлон» по высадке человека на Луну имела прежде всего политическую задачу: дать ответ на запуск в СССР первого человека в космос. Конечно, разработка космической программы способствовала проникновению новых технологий в другие отрасли и быт, но достигнуть этого можно было с гораздо меньшими затратами.

В отличие от контрактного, эксплуататорское государство использует монополию на насилие для максимизации собственного дохода и предполагает расширение вмешательства государства в различные сферы общественной жизни с превышением полномочий, которые ему были делегированы обществом. Специфическими чертами такого государства является высокое налоговое бремя на юридические лица, которое носит ярко выраженный конфискационный характер, и высокий удельный вес расходов в бюджете, направленных на содержание силовых министерств.

В модели эксплуататорского государства функции государственного управления имеют свою специфику. Американский экономист М. Олсон сравнил эксплуататорское государство с «оседлым бандитом», который отбирал лишь часть доходов. Он проанализировал события двадцатых годов в Китае, когда диктатор Фан Ючен подавил на своей территории бандитизм и разгромил армию бандита-гастролера Белого Волка. Большинство населения во владениях Фана предпочитали его присутствие нападениям бандитов-гастролеров. Действительно, когда бандит-гастролер становился оседлым и его грабежи принимали форму налогообложения, которое он осуществлял монопольно, то его жертвы получали побудительный мотив хозяйствования, отсутствовавший у них при систематических, но неупорядоченных набегах гастролеров. Ведь оседлый бандит отбирал лишь часть доходов, так как понимал, что сможет получить больше «налогов», оставляя «подданным» стимулы добиваться роста их доходов.

Таким образом, эксплуататорское государство использует монополию на насилие для максимизации доходов правителя или группы лиц, контролирующих государство, даже если это достигается в ущерб благосостоянию общества в целом. Ущерб от деятельности эксплуататорского государства можно сократить, если выплаты государству и перераспределения прав собственности носят систематический и предсказуемый характер. В этих условиях устанавливаются определенные правила хозяйственной деятельности и распределения доходов, ориентируясь на которые агенты могут целенаправленно влиять на производство, способствуя экономическому росту. Это свидетельствует о частичном совпадении интересов правителя и граждан, что является необходимым условием стабильности общества.