Об инфляции

Людей интересуют ценники

После непростого 2011 года наша экономика восстановилась рекордно быстро, практически за год. Зарплата снова пошла в рост, положительное сальдо внешней торговли, стабильный курс доллара, инфляция вписалась в прогноз и даже есть рост валового внутреннего продукта. Насколько устойчиво достигнутое благополучие? И будет ли столь динамичным 2013–й? Поговорить об этом мы предложили Оксане РЫЖКОВСКОЙ, заместителю начальника управления монетарной политики Национального банка, кандидату экономических наук; Павлу АСТАПЕНЕ, генеральному директору Центра торговли недвижимостью «Пакодан»; Георгию ГРИЦУ, заместителю председателя Белорусской научно-промышленной ассоциации по инвестиционной и инновационной политике, кандидату экономических наук, профессору; Александру ЛУЧЕНКУ, заведующему отделом макроэкономического регулирования Института экономики НАН Беларуси, доктору экономических наук, профессору, и Игорю ПЕЛИПАСЮ, председателю наблюдательного совета Исследовательского центра ИПМ, кандидату экономических наук.


«СБ»: При том, что нельзя не отметить положительные результаты экономического развития, настораживают отдельные показатели, с которыми мы встретили 2013 год. Например, по росту денежной массы, инфляции, торговому балансу. Насколько это важно в дальнейшем?


И.Пелипась: Не могу понять, почему журналисты, работающие на широкую аудиторию, то есть не на профессионалов в области экономики, очень большую роль, даже, я бы сказал, чрезмерную, уделяют экономическим показателям. Девальвация, инфляция, денежная масса. Все это, безусловно, интересно. Но в основном для специалистов. Остальным веер терминов может быть просто непонятным.


«СБ»: А непонятное, как правило, истолковывается как плохое.


И.Пелипась: Но скажите, какую пользу для населения несет такой заголовок новости: «Курс достиг своего исторического максимума» или «Индекс цен за две недели января вырос на 1,5 процента»? У меня есть подозрения, что если бы сегодня все эти макропоказатели каким–то образом исчезли, то больше всех пострадали бы только макроаналитики. А экономика как существовала до этого, так бы и продолжала дальше функционировать. Предприятия бы работали и думали, как произвести больше конкурентной продукции и подороже ее продать, а люди трудились, чтобы получить хорошую зарплату.


«СБ»: Но у нас, похоже, макроэкономические показатели интересуют даже домохозяек. Поэтому говорить об этом нужно, чтобы не было никаких кривотолков и спекуляций.


И.Пелипась: В большинстве стран на статистику обращают внимание аналитики, люди, которые принимают какие–либо политические, управленческие или инвестиционные решения, и те, кто занимается финансовыми спекуляциями. У нас значение каких–то статистических или плановых показателей уж слишком фетишизировано. Допустим, планировали рост ВВП 5,5 процента, а получили в силу ряда факторов 1,5. Это не значит, что экономика пострадала. Быть может, даже наоборот, хорошо.


«СБ»: Как, на ваш взгляд, показатели сложатся в 2013–м?


И.Пелипась: По прогнозу Исследовательского центра ИПМ, ВВП год к году вырастет на 2,1 процента. Индекс потребительских цен — на 22,4 процента. Но это не значит, что все именно так и произойдет. В основе такого прогноза лежат некоторые предпосылки, например: мировая цена на сырую нефть в среднем составит 102 доллара за баррель, и страна импортирует ее 21 миллион тонн без уплаты пошлины. Цена на природный газ будет 168 долларов за тысячу кубометров. Примерно 2 миллиарда долларов получим от приватизации, и еще из различных источников поступит 1,1 миллиарда долларов. Но хотелось бы особо подчеркнуть: все прогнозы носят вероятностный характер. Они основываются на определенных допущениях.


«СБ»: А зарплата...


И.Пелипась: Хорошо, конечно, чтобы она росла и дальше, но не директивно.


«СБ»: По мере роста производительности труда?


И.Пелипась: Именно так. Хотя далеко не во всех случаях опережающий рост зарплаты по сравнению с ростом производительности труда можно считать каким–то злом. Но для нашей экономики это, безусловно, плохой симптом. Теряются конкурентные преимущества на мировом рынке. Стимулируем внутренний спрос. Это при том, что население предпочитает покупать импортный продукт. Тем самым выходим на проблемы с торговым и платежным балансом.


Г.Гриц: Тот факт, что события в экономике развиваются несколько иначе, чем запланировано IV Всебелорусским народным собранием, к сожалению, не стал поводом ни для корректировки цифр, ни для существенных институциональных преобразований в экономике. Нет ответа на главный вопрос: каким образом нам удастся обеспечить сравнительно высокие темпы экономического роста — 8,5 процента и при этом сократить инфляцию до уровня своих обязательств в формате ЕЭП? Поэтому острая дискуссия о важнейших целях нашей экономики и путях их достижения еще впереди.


«СБ»: Но, смотрите, сколько было разговоров и пересудов о курсах валют, а самый точный прогноз курса доллара на конец 2012 года еще примерно в апреле дала Председатель Нацбанка Надежда Ермакова, назвав цифру 8.500.


А.Лученок: Не удивили. Ведь Нацбанк сам и управлял этим процессом. Если бы Надежда Андреевна «спрогнозировала» курс, а он существенно разошелся с фактическим, то это означало бы ослабление регулирующей функции Нацбанка. Соответствие же курсов — знак того, что за главным банком страны остается его регулирующая функция.


О.Рыжковская: Нацбанк может это знать только тогда, когда проводится политика фиксированного курса рубля либо с установкой допустимого коридора его колебания. Если бы в мире научились точно прогнозировать свободные обменные курсы в годовых интервалах, то автору прогноза можно было вручать сразу Нобелевскую премию. Нацбанк, как все знают, поменял механизм курсообразования с осени 2011 года. И в 2013 году он также будет рыночным. То есть тем, который соответствует ситуации в экономике.


А.Лученок: Все это так. Ничего плохого не хочу сказать о Белстате, он считает индексы цен по международной методике. Но уже и за рубежом специалисты говорят о ее недостатках. Изменение цен считается по ограниченной группе товаров, и статистика в упор не видит их роста на так называемую инновационную продукцию. Если добавить в булку изюм или же просто изменить рецептуру, то булка становится «инновационной».


«СБ»: Так легко?


А.Лученок: Да. И на нее устанавливают значительно большую цену, которая не влияет на официальный индекс инфляции. Ведь продукция считается новой, у нее нет ранее выпускаемого аналога. Максимально обновляя ассортимент, предприятия не только увеличивают прибыль, но и успешно выполняют задания по инновациям. В мае прошлого года мы изучили работу предприятий пищевой промышленности, и практически все они средние цены на продукцию подняли за счет обновления ассортимента значительно выше официального индекса. И чем более «инновационна» наша экономика таким образом, тем больше растут цены.


«СБ»: А мы всегда думали, что для роста цен нужно больше денег, а не больше инновационных продуктов.


А.Лученок: Денег тоже было достаточно. За 2012 год рублевая денежная масса выросла на 57,2 процента, а индекс потребительских цен за тот же период — всего на 21,8 процента, то есть в 2,6 раза меньше. Но это не означает, что цены росли в 2,6 раза быстрее, чем показывал Белстат. Дело в том, что после девальвации рубля цены сначала начали расти на промежуточный импорт, а затем и на белорусские товары, произведенные из этого импорта. Началась так называемая «инфляция издержек». Национальный банк стал сдерживать рост денежной массы, но против инфляции издержек он практически был бессилен. Именно поэтому при росте рублевой денежной массы всего в 1,6 раза потребительские цены увеличились в 2,1 раза, а индекс цен производителей промышленной продукции — вообще в 2,5 раза. В результате резко снизилась обеспеченность экономики деньгами, что потребовало опережающего роста рублевой денежной массы по сравнению с динамикой индексов цен в 2012 году. Поэтому «вбрасывание» денег в экономику было вынужденной мерой для компенсации роста цен в предшествующий период.


«СБ»: То есть это были не «пустые» деньги, вброшенные в экономику.


О.Рыжковская: Нацбанк и не рассматривает возможность финансирования экономики за счет эмиссионных средств. И снижать ставку рефинансирования, чтобы обеспечить промышленность кредитными ресурсами, пока еще преждевременно.


А.Лученок: А как быть тогда со строительной отраслью? Денег не хватает, а задано построить 6,5 миллиона квадратных метров, то есть в полтора раза больше прошлогоднего.


О.Рыжковская: Министерство экономики готовило прогноз социально–экономического развития с такими высокими темпами, они расписывали и основные источники этого роста. Один из них — приток прямых иностранных инвестиций в размере 4,5 миллиарда долларов.


А.Лученок: Очень и очень непростая задача. Мне кажется, все же придется искать какие–то дополнительные внутренние источники. В 2012 году строительный комплекс не обеспечил прироста ВВП, а, наоборот, его «проел» на 0,6 пункта. Но если бы в отрасль дали эмиссионных денег, то она могла бы показать и прирост с соответствующим поощрением. Правда, при этом возрастут темпы инфляции, что весьма нежелательно. Поэтому к планам наращивания объемов строительства жилья нужно подходить очень осторожно.


«СБ»: Рынок арендного жилья в сентябре побил все рекорды. Квартиры на глазах дорожали на 100 — 150 долларов. В чем причина? Не является ли все это признаком грядущего роста цен на жилье?


П.Астапеня: Что касается роста цен на арендное жилье, то здесь причин несколько. Первая — это дисбаланс в заработной плате между регионами и Минском. Продавцу или кассиру в Бешенковичах не снилась минская зарплата в 6 миллионов. Идет отток рабочей силы из регионов в столицу. Тем более здесь спрос на нее превышает предложение. А с другой стороны, снизилось предложение. Не секрет, что часть льготников, которые строили квартиры по льготным кредитам, действительно сдавали их внаем. Но в последние 2 года количество квартир, строящихся с помощью льготных кредитов, постоянно снижалось. И соответственно их меньше попадало на арендный рынок. Итог: спрос на арендное жилье возрос, а предложение снизилось. Пошел рост цен.


«СБ»: А что касается купли–продажи жилья?


П.Астапеня: Цены остаются на прежнем уровне.


«СБ»: Но предложение на рынке снизилось?


П.Астапеня: Небольшое снижение действительно есть. Но это исключительно сезонное явление. Повторяется из года в год. Только не верьте тому, что к нам приезжают россияне и скупают все, что можно, из недвижимости. Цены у нас зависят исключительно от состояния внутреннего спроса. Никакие внешние воздействия, я имею в виду спрос со стороны нерезидентов, не оказывают существенного влияния.


«СБ»: 2013 год тоже ожидается стабильным?


П.Астапеня: До декабря 2012 года я был твердо уверен, что ничего существенного на этом рынке не произойдет. Но когда увидел объемы строительства жилья, запланированные на 2013 год, то несколько засомневался. Дополнительные 2,3 миллиона квадратных метров по сравнению с 2012 годом, а всего план на 2013 год — 6,5 миллиона, вполне могут негативно сказаться на рынке. Правда, есть сомнения, насколько эти планы выполнимы.


«СБ»: Все упирается в средства...


Г.Гриц: Потребность в капвложениях для модернизации нашей экономики согласно программе реформирования промышленного комплекса до 2020 года оценена почти в 90 миллиардов долларов на протяжении пяти лет. Понятно, что внутри страны источников для инвестиций таких масштабов нет.


И.Пелипась: Необходимо более активное развитие частного сектора. Туда иностранный капитал действительно может прийти. И формальные предпосылки есть: существует Национальная платформа бизнеса Беларуси, Директива № 4...


Г.Гриц: Я вообще считаю, что без развития частного бизнеса многие из наших проблем в долгосрочной перспективе решить просто невозможно. Особенно что касается модернизации производства.


«СБ»: А сколько инвестиций было привлечено в прошлом году?


О.Рыжковская: Фактически 1,2 миллиарда.


А.Лученок: К сожалению, основная часть этих средств инвестируется не в производство. Да и в целом прогнозные показатели по инвестициям не удалось выполнить.


И.Пелипась: Стало быть, нужно создавать более привлекательные условия. И вообще, нам пора уходить от практики принятия прогнозных показателей в качестве обязательных для исполнения.


О.Рыжковская: Да, если бы показатели развития экономики носили некий индикативный, многовариантный, сценарный характер, это позволило бы более гибко реагировать на изменения ситуации на рынках и в мире.


А.Лученок: Мне кажется, что в сложившихся институциональных условиях, когда в основу системы управления положено доведение заданий и жесткий контроль за их исполнением, система индикативного планирования, когда выполнение показателей является желательным, но не обязательным, просто не приживется. Мне как начальнику отдела установили, например, показатель по росту экспорта. Но я ведь работаю на белорусское Правительство, а не на иностранцев. За границей могу издать, например, статью. Но за нее мне, скорее всего, не заплатят, а скажут: «Благодари, что вообще опубликовали». Пришлось дискутировать с руководителем высокого уровня и объяснять, что доводить показатель экспорта продукции до конкретных ученых неверно. Следовал ответ: «Все понимаю. Но если довели задание, значит, нужно расписать его по исполнителям. А будешь спорить — доведем еще задание по патентам». Поскольку экономисты и патенты — понятия несовместимые, я сразу умолк.


Г.Гриц: Буквально на днях Правительство своим постановлением установило директивные показатели эффективности развития более чем для 750 предприятий на 2013 — 2015 годы. В список попали и государственные, и частные. Поэтому переход к индикативным показателям, наверное, в будущем. Но как быть с такой ставкой рефинансирования, при которой предприятия не могут взять средства под нормальный процент? Даже не для модернизации, а просто для пополнения оборотных средств? Разве это дело, когда руководители предприятий, болеющие за дело, зачастили за границу в поисках кредитных ресурсов? Кстати, их «цена» даже для белорусских предприятий почти на порядок меньше. Я далек от того, чтобы винить в этом только нынешнее руководство Нацбанка — привести в краткосрочной перспективе нашу ставку рефинансирования хотя бы к российскому уровню практически нереально, поскольку на депозитах населения находится порядка 6 миллиардов долларов в валюте и белорусских рублях.


А.Лученок: А чем больше неопределенность, тем больше рисков субъекты хозяйствования закладывают в цену товара.


Г.Гриц: А у нас таких — более 90 процентов субъектов, в той или иной степени закупающих по импорту сырье, материалы, комплектующие.


О.Рыжковская: Сделать кредиты доступными можно только после снижения уровня инфляции.


Г.Гриц: Как, если рост цен на комплектующие и сырье уже стал мировым трендом? Все эти усилия приведут к обнулению рентабельности реального сектора.


О.Рыжковская: Нам еще нужно снижать дотационность некоторых секторов экономики, уходить от перекрестного субсидирования, устранять диспаритеты внутренних и внешних цен. Но если при этом наблюдается какой–то рост цен за счет административного фактора, то монетарная политика должна быть достаточно жесткой.


Г.Гриц: Пока доходность по депозитам и облигациям будет превышать доходность вложений в реальный сектор экономики, никакого толку не будет. Вот над чем надо думать.


«СБ»: Георгий Васильевич, но это в гораздо большей степени проблема мировой экономики. И пока там правит бал спекулятивный капитал, на оздоровление ее сложно надеяться.


Г.Гриц: Именно из–за финансистов и произошел мировой кризис. Пока мы не вернемся к классической функции денег «товар — деньги — товар», из–за нынешней «деньги — товар — деньги» мировая экономика будет постоянно находиться в состоянии турбулентности.


«СБ»: Но поменять действующие в мировой экономике правила игры мы в одиночку не можем. Надежда только на созданные интеграционные объединения.


Г.Гриц: Вот Китай, например, пошел своим путем. Он, если можно так выразиться, «кинул» всю западную экономику, «забрав» все их производства. Правильно, как вариант можно было бы попытаться в рамках ЕЭП, Евразийского союза создать внутренний устойчивый рынок, ориентированный на производство. Хотя опыт Китая нам не повторить... Да, все было бы проще, если бы Россия не «заглотнула» западного червячка и не вступила в ВТО. Правила ВТО ограничивают и даже запрещают создание такого защищенного внутреннего рынка.


«СБ»: Вопрос всем: проблемы есть в экономике, вы их обозначили. Что делать?


А.Лученок: Я глубоко уважаю позицию Нацбанка. Во многом именно благодаря его достаточно жесткой монетарной политике обеспечивалась экономическая стабильность. Но, на мой взгляд, с концептуальной точки зрения опора на чисто монетарные подходы и инструменты на данном этапе не может обеспечить эффективное регулирование. Это политика середины прошлого века. Сейчас нужно подходить к таким проблемам более гибко.


«СБ»: Каким образом?


А.Лученок: Ожидать значительного увеличения внешнего спроса на белорусские товары и услуги в условиях мирового кризиса и вступления России в ВТО особенно не приходится. В таких условиях необходимо мобилизовать внутренние резервы. Именно на модернизацию, а не на строительство жилья необходимо направлять бюджетные средства. Жилье нужно строить по средствам — исходя из финансовых возможностей населения. Для модернизации экономики целесообразно не сокращать внутренний спрос, а, наоборот, его разумно стимулировать, в том числе контролируемой эмиссией.


«СБ»: Предлагаете печатать деньги? Так уж это проходили и надолго запомнили.


А.Лученок: Да, это может привести к росту инфляции спроса, но она является лишь одним из инфляционных факторов и Национальным банком вполне успешно «придавлена». Гораздо большее влияние на экономику оказывают институциональная и инфляция издержек. Обусловленная, в частности, проблемами в ценообразовании, перекрестным субсидированием, необоснованным в ряде случаев стимулированием роста доходов населения, неравномерной налоговой нагрузкой на предприятия и изменением условий хозяйствования в Едином экономическом пространстве.


О.Рыжковская: Нацбанк отвечает за стабильность цен, он должен проводить эту политику грамотно и добиваться поставленных целей. Ведь от снижения инфляции зависит уровень жизни наших граждан. Если мы не добьемся стабилизации экономики, сложно будет рассчитывать и на иностранные инвестиции. Хотя, согласна, проблемы, которые существуют в экономике и влияют на уровень инфляции, решить только монетарными методами невозможно. Монетарные инструменты — оперативные, краткосрочные. Одно точно могу сказать: обеспечивать конкурентоспособность экономики и поддерживать экспортеров через постоянное ослабление национальной валюты нельзя.


«СБ»: Наоборот, нужно укреплять доверие населения к рублю!


А.Лученок: Всякая необеспеченная эмиссия — это зло. Но зло бывает разное: если за счет эмиссии будет построено предприятие, которое начнет производить пользующиеся спросом товары (в том числе на экспорт), то временное увеличение инфляции будет компенсировано в будущем товарным приростом. Гораздо хуже, если «лишние деньги» будут выдаваться в виде льготных кредитов населению на жилье для поддержания строительной отрасли. Такие деньги приведут только к раскручиванию спирали инфляции.


«СБ»: Но у нас есть обязательства перед ЕЭП, перед Россией по уровню инфляции.


Г.Гриц: Да, есть. Но России нужен союзник сильный, а не слабый. И если мы не уложимся в заданные показатели, но при этом сможем стабилизировать, укрепить свою экономику, ничего такого страшного в отношениях с Россией не произойдет. Думаю, к этому она отнесется с пониманием. Тем более когда речь идет о расширении союза, привлечении к более тесному сотрудничеству Украины. Поэтому в качестве одной из важнейших задач и Правительства, и Нацбанка в этом году должна, я считаю, стать задача доступности кредитов для предприятий, даже если нам придется выйти за рамки наших обязательств в формате ЕЭП.


«СБ»: Не приведет ли это к повторению 2011 года?


Г.Гриц: Как бы ни складывалась ситуация в мировой экономике, в Едином экономическом пространстве, уверен, сценарий 2011 года у нас больше не может повториться. И еще — нам необходимо формировать национальную управленческую элиту. Эта тема уже обсуждалась на совещании в Минэкономики с участием представителей бизнес–союзов. Представители делового сообщества предложили государственным органам активизировать процесс подготовки управленческого кадрового потенциала с участием предпринимательских союзов и объединений. Думаю, это задача не менее важная, чем те, о которых мы говорили.


И.Пелипась: А я отвечу так: всем нам надо в полном объеме радоваться жизни, наслаждаться общением с хорошими людьми, прекрасной нашей природой. Жизнь, она и независимо от того, больше или меньше у тебя денег в кармане, достаточно интересная штука. Не надо себя мучить вопросами, а что будет с инфляцией и курсом валют. На жизнь это мало влияет, не делает ее ни лучше, ни хуже. Тем более что точного ответа на эти вопросы не знает никто.

Авторы публикации: Аэлита СЮЛЬЖИНАИван КИРИЛЕНКО

ссылка

 31.01.2013

комментировать здесь

Comments